Двое полицейских из Отдела расследования убийств смотрели на тело на тротуаре. Ночь была теплая, и мухи налетели на липкую кровь на мостовой. Помощник судебного медика стоял на коленях у тела, сосредоточенно изучая его. Фотограф из Бюро идентификации деловито возился со вспышкой. Патрульные машины №23 и №24 стояли поперек улицы, а полицейские из этих машин оттесняли зевак подальше.

Сообщение было принято на одном из двух пультов Центрального управления, где сонный дежурный равнодушно записал информацию и переслал ее по каналу пневматической почты в центр радиосвязи. Оператор центра, сверившись с огромной картой полицейских участков, которая висела на стене у него за спиной, направил машину №23 для обнаружения окровавленного человека на улице и последующего доклада. Когда с машины №23 доложили об убийстве, оператор связался с машиной №24 и послал ее на место происшествия. Одновременно дежурный на пульте оповестил Отдел расследования убийств и 87-й полицейский участок, на территории которого было найдено тело.

Труп лежал возле заброшенного, заколоченного кинотеатра. Много лет назад, когда этот район еще считался хорошим, это был первоклассный кинотеатр. Но район начал приходить в упадок, и здесь стали показывать второсортные картины, потом старые ленты и наконец фильмы на иностранных языках. С левой стороны кинотеатра была дверь, раньше она тоже была заколочена, но доски отодрали, и лестница внутри здания была завалена окурками, бутылками из-под виски и презервативами. Оторванный навес свисал до самого тротуара, зияя дырами, пробитыми камнями, консервными банками, кусками труб и другим ломом.

На другой стороне улицы, напротив кинотеатра, был пустырь. Когда-то тут красовался многоквартирный дом, хороший, с высокой квартирной платой.