Простыня сбилась в ногах кровати влажным бесформенным комком. Мэй лежала, изогнувшись дугой, ее ночная рубашка задралась на бедре. Он подошел к постели и на секунду положил руку на ее бедро. Она пробормотала что-то во сне и повернулась. Он ухмыльнулся в темноте и пошел бриться в ванную.

Каждое действие было им рассчитано заранее, и он точно знал, сколько времени понадобится на бритье, на одевание и на то, чтобы быстро выпить чашку кофе. Перед тем как бриться, он снял наручные часы, положил их на умывальник и время от времени поглядывал на них. В одиннадцать десять он начал одеваться. Надел футболку, которую брат прислал ему с Гавайских островов, габардиновые рыжевато-коричневые брюки и легкую поплиновую ветровку. Положил в левый карман брюк носовой платок и взял с туалетного столика бумажник и мелкие деньги.

Он открыл верхний ящик туалетного столика и достал револьвер 38-го калибра, который лежал рядом со шкатулкой, где Мэй хранила свои украшения. Провел большим пальцем по жесткой коже кобуры и засунул револьвер в правый брючный карман под поплиновой курткой. Зажег сигарету, зашел в кухню вскипятить воду для кофе, а потом пошел взглянуть на детей.

Мики спал, как обычно, держа во рту большой палец. Он провел рукой по голове мальчика. Господи, мокрый, как поросенок. Надо опять поговорить с Мэй насчет кондиционера. Нехорошо детям потеть вот так в душной коробке. Он подошел к кроватке Кэти и сделал то же привычное движение. Она не была такая потная, как братишка. Девочки не так потеют. Он услышал, как в кухне громко засвистел чайник. Посмотрел на часы и улыбнулся.

Он пошел в кухню, положил в большую чашку две полные ложки растворимого кофе и налил кипяток. Он пил черный кофе без сахара. Почувствовал, что наконец просыпается, и в сотый раз пожалел, что лег спать перед дежурством. Это просто глупо. Черт возьми, он может выспаться, когда вернется домой, а так что он выгадывает? Нет, это глупо. Надо будет поговорить об этом с Мэй. Он выпил кофе залпом и снова вернулся в спальню.